Восстановление криптоактивов в Грузии опирается на общие нормы Гражданского кодекса: специального закона о криптовалюте найти не удалось, поэтому спор строится на общих основаниях возникновения обязательств и институтах защиты собственности. Статьи 172, 991, 992 и 317 Кодекса вместе образуют три пути: истребование вещи из незаконного владения, возмещение ущерба и возврат неосновательного обогащения. На этой странице разъясняется, как они применяются к цифровым активам.
Основания возникновения обязательств
По первой части статьи 317 для возникновения обязательства необходим договор между участниками, кроме случаев, когда обязательство возникает из причинения вреда, неосновательного обогащения или иных предусмотренных законом оснований. Применительно к криптовалюте это значит: если монеты проданы по договору, спор строится на договоре; если они украдены либо получены обманом и договора нет, действуют деликтный и кондикционный пути.
Третья часть той же статьи добавляет правило: участник переговоров вправе требовать от другого участника возмещения расходов, понесённых для заключения договора, если договор не заключён по вине другого участника, — что важно, когда продажа цифрового актива сорвалась на стадии переговоров.
Правило охватывает и то, что не завершилось договором: по Кодексу обязательство может возникнуть и на стадии подготовки договора, поэтому определение оснований, связанных с передачей цифрового актива, всегда начинается с фактов.
Истребование вещи из незаконного владения
По первой части статьи 172 собственник вправе потребовать от владельца возврата вещи, кроме случаев, когда у владельца было право ею владеть. По второй части, если нарушение собственности или иное вмешательство происходит без изъятия вещи, собственник вправе потребовать от нарушителя прекращения таких действий; при продолжении вмешательства прекращение истребуется в суде подачей иска.
К цифровым активам норма применяется в пределах своего текста: монета в кошельке — вещь, возврат которой истребуется у нового владельца, а ограничение переводов или блокировка доступа к счёту — вмешательство, прекращаемое по обращению в суд. Точно определено и исключение: если у нынешнего владельца было право владения — например, он приобрёл актив добросовестной сделкой, — истребование этим путём не работает, и требование переходит в обогащение.
Требование может быть адресовано как тому, кто завладел активом, так и тому, кто организовал вмешательство, — если действие противоправно, умышленно или неосторожно и причиняет ущерб. Кодекс формулирует норму общим образом: особенности цифровой среды — цепочка переводов, сервисы смешения, счета на биржах — остаются предметом доказывания и не меняют содержания нормы.